Московская правда
  № 19.08.1986 года
  Б. Поюровский
  прислала Татьяна Пережогина

Два мнения об одном концерте

Да, да, не удивляйтесь: два мнения о выступлении Валерия Леонтьева, принадлежащие... одному человеку. Однако они ничуть не свидетельствуют о беспринципности. Напротив, продиктованы единственным желанием попытаться во всем разобраться объективно.

Итак, с одной стороны, толпы людей, жаждущих попасть в Центральный концертный зал, где впервые даёт свои сольные выступления популярный артист, овации, горы цветов, два часа полного взаимопонимания, приносящих подлинную радость по обе стороны рампы. При этом, заметьте, Леонтьев добивается полного взаимопонимания исключительно с помощью песен, без сомнительных диалогов с публикой, призванных эпатировать зал. Он ни на минуту не покидает сцену, разве что спускается в партер, где продолжает петь, танцевать, бегать, прыгать, заводя всех и все вокруг.

Держится артист свободно, но без развязанности, скромно и с достоинством. Не скрывает радости встречи, поёт с удовольствием, не заставляя публику себя упрашивать, не делая никому одолжения если Вы готовы слушать, я готов петь хоть до утра.

Да, Леонтьев очень музыкален. Да, он удивительно пластичен. Даже когда пребывает в состоянии статики, все равно кажется, что он движется. Другие эстрадные артисты как только пытаются сделать шаг, тут же часто теряют доверие. Потому что их пластика рождается не изнутри, как естественная потребность поддержать слово жестом, а исключительно как дань моде.

У Леонтьева все по-другому. Однако иногда кажется, что этот его редкий дар, вобравший в себя заботы Мельпомены, Талии, Терпсихоры и Эвтерпы - древнегреческих богинь - покровительниц трагедии, комедии, танца и музыки, - не всегда используется им достаточно разумно.

И здесь самое время взглянуть на выступления Леонтьева с другой стороны. И подумать сообща, что могло бы поднять его искусство на следующую ступень.

Судя по "Занавесу" Р. Паулса, которым начинается представление, исполнитель стремится к созданию Театра песни. Ему хочется превратить каждое маленькое произведение в самостоятельный маленький спектакль. Иногда это удается, как, например, в "Кабаре" или "Гиподинамии" Р. Паулса. Но часто рядом со "зримыми песнями" мирно сосуществуют обыкновенные эстрадные шлягеры, без всякого намека на театрализацию. И тогда возникает вопрос: какое они имеют отношение к театру песни? Конечно, судя по сегодняшнему успеху, можно и так. Ну, а если, заглядывая в даль, подумать серьёзно?..

Талантливому артисту Валерию Леонтьеву нужен талантливый режиссер, способный вместе с ним создать интереснейший эстрадный музыкальный спектакль. В него могли бы органично войти новеллы разных жанров - от трагедии до буффонады. Вот где пригодится Леонтьеву пластика, музыкальность, драматический темперамент, способность к внутреннему и внешнему перевоплощению. Его помощниками могут оказаться самые неожиданные авторы - от Шекспира до Брехта. И современные, конечно, тоже.

А еще необходим талантливый художник, который придумал бы что-нибудь, кроме жидкого кислорода и мигалки-стробоскопа. Все вместе создатели будущего спектакля решили бы, нужен ли нам балет, и если нужен, то какой. А звукорежиссер проследил бы за тем, чтобы мы услышали каждое слово, если дело только в технике.



Китаянки, негритянки, азиатки - проститутки высшего пилотажа.